Социофобия и насилие«Я устала от одиночества, у меня не ладятся отношения с мужчинами!»

Через полчаса расспросов, наконец, подбираемся к причине и женщина буквально кричит: «Да он меня ненавидел! Он бил меня, когда мне еще пяти лет не было, я помню! Это ужасно!» — и захлебывается потоком слез…

Формирование травмы

Сразу скажу, что хоть какие-то травмы есть у всех. Потому что всегда маленький человек сталкивается с внешним миром, в котором все идет непредсказуемо, случается неожиданно и не поддается контролю. И тем более не всегда оправдывает его ожидания. А потому под воздействием того или иного события человек чувствует свою незащищенность и бессилие перед окружающим миром. Случается, что родители требовательны и неласковы, случается, что подвергают постоянной критике внешность девочки и ее способности, иной раз приходится испытывать гнев воспитательниц, давление учителей, презрение ровесников, а бывает — что и домогательства со стороны мужчин- отчима, родственников и даже родного отца. Бывают и случаи насилия.

Мне довелось наблюдать двух женщин, Катю и Сюзанну, у которых была сходная травма — домогательства со стороны отчима. У каждой из них мать не до конца поверила в происходящее, но все же меры приняла. До крайнего не дошло. Девушки выросли, выучились. Каждая вышла замуж. У Сюзанны брак сложился удачно, растет сын, а вот у Кати — развод после первых же полугода жизни и дикий страх перед близкими отношениями с мужчиной. Вторая попытка выстроить отношения тоже провалилась. Так Катя попала ко мне на прием. А Сюзанна пришла по поводу своего ребенка, и чувствовалось, что старая травма, о которой я узнал, не слишком вмешивается в ее жизнь. Истории двух женщин были очень сходны, но финалы — очень различны.

Чем отличаются два этих человека? Одна из них зафиксировалась на пережитом, а другая смогла своим путем (без участия специалиста) отпустить, изжить произошедшее и освободиться от гнетущего влияния. Одна постоянно оборачивалась назад, вспоминая обиду, вторая смотрит вперед, размышляя о будущем. Что это — свойство характера, не поддающееся изменению? Или достижение самого человека?

Работая с травмами различного свойства и степени тяжести, я постоянно наталкиваюсь на такую закономерность: если человек чувствует свою вину за произошедшее с ним, то ему крайне трудно преодолеть фиксацию на травме и возможно это, как правило, впоследствии только специальными средствами психотерапии, при этом, доверие психологу часто формируется с большим трудом и затрудняет процесс. Если же человек свободен от чувства вины за произошедшее, возможно, ему и психотерапевт не понадобится.

Механизм фиксации

Откуда же оно берется? Порассуждаем от самого начала. Ребенок в утробе абсолютно защищен. Хотя и там он может чувствовать, к примеру то, что он не желанен или что хотят ребенка не того пола, но все же, внутриутробное состояние — это гораздо более высокая степень защищенности, чем потом, после появления на свет.

В утробе ребенок имеет нечто очень ценное — безусловное принятие его миром, который его окружает. А весь его мир на тот момент — это организм матери. Так формируются его ожидания от внешнего мира, так растет и развивается его подсознание. У подсознания много слоев, но этот слой, в котором доминирует единство с космосом — самый глубокий и сильный в нас.

Потом, рождаясь, ребенок ждет такого же принятия и безусловной любви от окружающего мира, но теперь мир — уже не материнский организм, а целая вселенная, в которой он сталкивается с другими существами, каждый из которых — отдельно взятый космос со своими установками, принципами, идеями и теми же травмами, обидами и страхами. А также со своими представлениями о любви, которые могут не совпадать с детскими потребностями. Начинается столкновение за столкновением. Ребенок учится взаимодействовать, заполняет более мелкие «ячейки» подсознания, где откладываются как раз те жизненные уроки — травмы, откладываются впечатления, страхи и радости, первые ассоциации и связи.

При любом серьезном конфликте, чтобы избежать фиксации на травме, ребенку нужна защита. Это может быть и мать, вставшая на его сторону, это может быть и кто-то другой значимый, но если у ребенка есть хоть какая-то защита, то шанс изжить травму высок. А если защиты нет, то у ребенка формируется установка: «я сам виноват во всем, что со мной случилось».

И такая установка, ставшая частью его личности, мешает ему изжить травму и расстаться с болезненными воспоминаниями.

Катя рассказывала, что она всегда и во всем была «сама виновата». Более того, каждый раз она должна была не просто соответствовать требованиям матери, но и быть лучше многих сверстниц, а после той истории с отчимом, когда мать, все же, приняла меры, через какое-то время Катя услышала от матери: «если даже такое и было, значит, ты виновата сама! Значит, ты себя так вела…» Никто не защитил ее и открыто не встал на ее сторону. Кроме того, Катя говорила, что мать ни разу не встала на ее защиту в школе, устраивая ей выволочки после каждого родительского собрания. Кате казалось, что и правда в мире все идет не так лишь потому, что она сама такая плохая. И это чувство осталось с ней надолго. У Сюзанны в семье ситуация была иной. После той истории с отчимом, мать задумалась, и решила отправить Сюзанну на время к отцу (благо такая возможность была). Родной отец Сюзанны встал на ее сторону и крепко побеседовал с бывшей женой (о чем Сюзанна до поры не знала, но чувствовала, что кто-то стоит на ее стороне). Именно это чувство позволило ей не считать себя виноватой. И позже помогло просто «перерасти» травму, благодаря естественному смещению акцентов — вышла замуж по любви, родился ребенок…

Если вы сами столкнулись с тем, что вас гложет давняя обида, вынесенный из детства конфликт, вы пережили что-то ужасное — задумайтесь: а насколько вы сами считаете себя виноватым в произошедшем? И кто внушил вам таковую вину? Простить себя, осознать свою невиновность может каждый человек даже без участия психотерапевта — это уже вопрос его желания и старания. Но «вечно виноватый» вряд ли сможет выбраться из травмы без помощи специалиста, а вот тот, кто прикладывает усилия к осознанию того, что не может быть виноват во всем, что с ним происходило, особенно в детстве — может и сам многое сделать для здоровья собственной психики.

И последнее. Есть вина, а есть ответственность. Когда мы взрослеем, мы должны взять на себя ответственность за свои поступки и жизненные решения. И если какой-то поступок привел нас к неудаче, мы не имеем права перекладывать ответственность за это на других, тем более винить их (хотя винить себя тоже бессмысленно, лучше анализировать и делать выводы, не снабжая их при этом негативными эмоциями по отношению к себе самому).

Но маленький ребенок, увы, не имеет той меры ответственности за жизнь, и потому тем более не может винить себя в случившемся. Он не может хотя бы в силу возраста и неопытности нести ответственность за действия взрослых, направленные ему во вред. И потому не может быть виноватым. Тем, у кого в жизни и по сей день маячит призрак старой боли, стоит подумать об этом всерьез.
 
автор статьи: психолог Антон Несвитский